Госпожа Старшая Кошка (ulsa) wrote,
Госпожа Старшая Кошка
ulsa

Categories:

Корсет как общественный договор



Листая эту книгу, я наконец-то наткнулась на иллюстрации, которые давно мечтала видеть на одной странице: корсет и деформация внутренних органов, вызванная его ношением. Книга оказалась не только о моде и истории (как, например, "Неглиже. Нескромный взгляд под"), но о моде как социальном явлении и даже инструменте.

"История костюма и гендерные сюжеты моды" рассматривает крой без отрыва от ожиданий государства и общества относительно поведения человека, помещенного внутри этого кроя. По-научному это будет "гендерный контракт". Причем, речь не только о женском, но и о мужском костюме (хотя о последнем все же во вторую очередь). Веку 19 - корсету и избавлению от него выделена только одна глава. Остальные рассказывают о веке 20, в котором, благодаря потрясениям, чаще всего менялись ожидания от человека. От женщины-жар-птицы модерна к пылким революционеркам, от надежных матерей к девочкам-веточкам от фраков к революционным блузам и кургузым изделиям москвошвеи... и так далее... на контрастах образов можно убедиться, что биологический пол не единственное, что принимается в расчет. Не платье делает человека, но то, сколько у него времени и ресурсов на внешность, какая внешность одобряется и на что нацелены "представительские" функции во многом поясняет большую историю цифр. В одной главе о тридцатых смелые эксперименты Эльзы Скиапарелли, ватники советских киногероинь и роскошные платья советских кинодив. В этой же главе, кстати, упоминается и лагерная одежда. Жаль, что автор останавливается на ранних 2000-х. Было бы интересно прочитать главу про возвращение "портних" и хэндмейда после увлечения лейблами. Иллюстрации хотя, в основном, черно-белые, но очень занимательные.

Кроме того, лично мне занимательной показалась одна незавершенная цепочка, которую я тут себе на память запишу, хотя обсудить не готова.

1926
Женщина-мать становится воплощением образа советской женщины. Совершенно не равным ей становится мужчина-отец. Это словосочетание никогда не произносится с таким же пафосом. Роль отца отводится государству. Это был, говоря современным языком, новый гендерный контракт советской эпохи.

1980е
...Мужской идеальный образ воплощает герой фильма "Москва слезам не верит" в исполнении Алексея Баталова с его фразой "Запомни, все решаю я на том простом основании, что я - мужчина". Надо понимать особую силу воздействия подобного заявления на граждан СССР, где мужчина не имел реальной свободы выбора и действий в повседневной жизни.
Tags: книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments