Госпожа Старшая Кошка (ulsa) wrote,
Госпожа Старшая Кошка
ulsa

Тэмза, сэр!

16 апреля 1917
...Среди вновь прибывших анархистов, на которых я обращал внимание в приведенном письме, был Ленин, приехавший в запломбированном вагоне через Германию. Он появился публично в первый раз на собрании социал-демократической партии и был плохо принят. Он поселился без разрешения, но и без какой бы то ни было помехи со стороны правительства во дворце известной балерины Кшесинской, и когда мы ездили по вечерам на острова, то иногда видели его или одного из его последователей, произносящих речь с балкона перед толпой.

3 декабря 1917
(из беседы с французским военным атташе)
...Генерал Ниссель не думает, чтобы Троцкий осмелился арестовать меня в посольстве, но так как он знает, что я имею привычку ежедневно гулять пешком, то он может арестовать меня на улице. Чтобы утешить меня, генерал прибавил, что согласно наведенным им справкам, он думает, что наиболее удобными камерами в крепости являются номера от 30 до 36, и что если случится худшее, то я должен иметь это в виду.


из книги Джорджа Бьюкенена "Моя миссия в России"

 (200x319, 15Kb)
Сэр Джордж был британским посланником в Петербурге и Петрограде до декабря 1917 года. В этом издании его мемуары приведены в новой, по сравнению с советскими изданиями, редакции (восстановлены некоторые купюры). Чтение, хочу заметить, обескураживающее.

Встречались мне мемуары-кирпичи в мемориал образа (Екатерина II), мемуары-камни, которые обиженные прицельно метали, чтобы свести счеты (дочь Марлен Дитрих), мемуары, адресованные потомкам, но это!

Мемуары Бьюкенена написаны для совершенно определенного круга людей, которые будут читать их в совершенно определенное время и с определенной же целью. Если точнее, его читатели - англичане, сотрудники МИДа, которые будут читать мемуары в ближайшие 5 лет после написания, а также сверять по ним показания других очевидцев по актуальным политическим проблемам. Почти ничего не сказано о людях (его читатель их знает), об особенностях стран, где приходилось работать (его читателю это не интересно), зато море слов о договорах, соглашениях и нотах - то есть, то же самое, над чем я еще в школе засыпала на раз-два. По счастью, для России, недоступной на некоторое время для Егочитателя, Бьюкенен делает исключение, описывая царскую семью и обстановку революционного Петрограда. Если дополнить взгляд иностранца взглядом с красной и белой сторон, получится недурной Революционный Пасьянс.

По теме: пасьянсы, которые уже сошлись
Tags: книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments