?

Log in

No account? Create an account

Пост до | Пост после

Dostoevsky-walk

Итак, после очень серьезного спектакля театр подарил всем стойким зрителям ночную экскурсию по Петербургу Достоевского. Конечно, я соблазнилась! И всем рекомендую именно ночной вариант, хотя он и будет менее подробным. "Достоевских" адресов, конечно, больше, чем на 2 часа вокруг Сенной, но смысл имеет ходить именно там, в границах "Преступления и наказания". Не потому, что роман очень компактный, а потому, что описанный Федором Михайловичем город-в-городе за прошедшие почти 150 лет (в следующем году как раз будет юбилей, и его обязательно отметят на одном из лучших городских праздников - Дне Достоевского, не пропустите) мало, что изменилось.

В городе в принципе есть места, где какое-то одно время особенно сильно. В Коломне просвечивает из под всего изнанка сиятельного Петербурга, ближе к Горьковской есть четкие пятна Петрограда, Ленинград не только в спальных районах, но и на "парадной" части Невского, некоторые мостики ближе к Техноложке ведут из XX в XIX. Но Сенная и окрестности - особенное дело. Ночью она даже притворяться перестает.

Если смотреть с угла, где Раскольников услышал, что Лизаветы не будет дома, то вид на когда-то страшнейшую ночлежку закрывает постер "Ночлежки" новой:


Уже не тот ужас, куда и полицейские боялись наведываться, а все же и не пряники. Ни проблемы бездомных, ни рынок в стороне бывшей Лавры. Да и присматривать за кошельком, проходя по Сенной в любое время суток, все еще нужно куда тщательнее, чем в других частях исторического центра.



Возле бывшего борделя, где Раскольников видел простоволосых пьяных девок и уже отрубившегося их клиента, ночью хохочут однозначно пьяные и простоволосые девки, правда, пьяный гражданин не торопился укладываться поперек дороги, а пытался выяснить, что тут делает толпа народу, да так громко, что даже вывернувшая неизвестно откуда в час ночи лошадь засомневалась, стоит ли идти дальше в переулок. Пусть дом теперь и с отелем и кабаком, а все-таки из под свежей краски проглядывают годы несчастий. Хорошо хоть, нет больше знаменитых выгребных ям, но всегда есть какие-то сбои с вывозом мусора.


Место несчастных мармеладовых заняли мигранты, которые живут чуть не в тех же домах, что бедное его семейство, и так же скученно, и так же невидимы для остального города.

Белая горячка больше не массовое явление вдоль бывшего Екатерининского канала, но в том, что некоторые пьяные, нищие и странные люди, встреченные нами в ходе прогулки, не проскользнули сквозь какое-то другое время этого района, я бы не поручилась. Один гражданин, например, заподозрил в нас массонов.



По меньшей мере, магазин алкоголя-24 часа с припиской бар, откуда можно забрать "недопитое"на кассе - достойный наследник Столярного переулка, где во времена Достоевского на 16 домов приходилось 18 питейных заведений.

И в завершение пара слов о петербургском лете, совсем не то, что в 1866 году:

Темы

Разработано LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow